18.11.2019

Требования залогового кредитора подлежат удовлетворению из необремененного имущества

Верховный Суд РФ вынес Определение № 310-ЭС18-17700 (2), в котором разъяснил, могут ли требования кредиторов третьей очереди быть удовлетворены ранее требований залогового кредитора при реализации незалогового имущества.

Один из экспертов отметил, что еще в 2014 г. ВАС изложил правовую позицию, согласно которой требование кредитора, обеспеченное залогом имущества должника, может быть удовлетворено как за счет средств, полученных от продажи имущества, являющегося предметом залога, так и за счет средств, полученных от продажи другого имущества должника и в том случае, когда реализация такого имущества производится до реализации предмета залога. Второй посчитал, что так как единая практика на основе определения ВАС не сформировалась, то, вероятно, определение ВС в отсутствие разъяснений на уровне Президиума ВС ее тоже самостоятельно не сформирует. Третий указал, что ВС продолжил курс на ужесточение ответственности арбитражных управляющих и более пристальный контроль за соблюдением ими Закона о банкротстве.

В отношении ООО «Смолкабель» была введена процедура банкротства. В связи с этим АО «Газпромбанк» выступило кредитором третьей очереди. Требование банка, обеспеченное залогом имущества должника, превысило 635 млн руб. Общая сумма требований кредиторов третьей очереди составила более 887 млн руб.

В 2016–2017 гг. в конкурсную массу поступили денежные средства в сумме свыше 40 млн руб., которые были распределены конкурсным управляющим только между незалоговыми кредиторами. В частности, в пользу одного из них было перечислено более 30 млн руб.

Посчитав, что такой подход к распределению средств нарушает принцип пропорциональности, банк обратился в Арбитражный суд Смоленской области. Отказывая в удовлетворении требований, суд сослался на положения ст. 60, 20.3, 129, 134, 138, 142 Закона о банкротстве и указал, что арбитражный управляющий исполнял свои обязанности в соответствии с действующим законодательством, которое не предусматривает возможность начала проведения расчетов с кредиторами третьей очереди после завершения расчетов с залоговыми кредиторами.

Суд отметил, что у должника имеется как заложенное в пользу банка, так и иное необремененное имущество, которое до настоящего времени не реализовано. Таким образом, банк не лишен возможности получить удовлетворение своих требований от средств, вырученных при реализации данного имущества. В этой связи суд пришел к выводу, что доводы о нарушении прав банка носят предположительный характер.

С решением первой инстанции согласились апелляция и кассация. Банк обратился в Верховный Суд.

Рассмотрев материалы дела, ВС отметил, что согласно п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. «Учитывая существование объективно обусловленной повышенной конфликтности между заинтересованными лицами в отношениях, связанных с институтом банкротства, возложение на арбитражного управляющего соответствующей обязанности в числе прочего означает, что он как профессиональный антикризисный менеджер в ситуации неопределенности правового регулирования должен действовать исходя из баланса объективно противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров, предопределяющих цели законодательного регулирования», – отметил он.

В определении также указано, что по смыслу п. 7.1 ст. 16 и п. 5 ст. 18.1 Закона о банкротстве не удовлетворенные за счет стоимости предмета залога требования конкурсного кредитора по обязательствам, которые были обеспечены залогом имущества должника, удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди. Таким образом, если стоимость залогового имущества окажется недостаточной, залоговый кредитор занимает место рядового кредитора третьей очереди и имеет право претендовать на удовлетворение своих требований из общей массы необремененного имущества.

«Поэтому если до реализации залогового имущества имеются основания полагать, что стоимости такого имущества будет недостаточно для покрытия требования залогового кредитора, арбитражный управляющий имеет реальную возможность заранее осознать (должен знать), что появится необходимость направить денежные средства, не связанные с продажей предмета залога, на удовлетворение требований залогодержателя», – отметил ВС.

Предполагается, указал он, что цена имущества на торгах определяется исходя из объективно действующих рыночных законов, на основе спроса и предложения, в силу чего она не может быть спрогнозирована с высокой степенью точности. Поэтому, указывая на предположительный характер доводов банка о недостаточности стоимости заложенного имущества для удовлетворения его требований, суды не учли, что их вывод об обратном также основан на предположении. Решающее значение при выяснении вопроса о том, действовал ли управляющий добросовестно, имеет степень убедительности того или иного предположения, т.е. имелись ли у управляющего разумные основания предполагать, что залогового имущества достаточно либо недостаточно для погашения требований залогового кредитора.

Суд отметил, что, обращаясь с жалобой, банк указывал, что включенное в конкурсную массу имущество должника оценивается в 593 млн руб., из которых залогового – на 391 млн руб., в связи с чем, по мнению кредитора, стоимости имущества должника априори недостаточно для покрытия долгов перед ним в полном объеме. Возражая против доводов банка, арбитражный управляющий не приводил конкретных аргументов, опровергающих позицию кредитора о недостаточности стоимости имущества для покрытия его требований. Поддерживая позицию управляющего, суды также не привели соответствующие мотивы. «В связи с этим следовало исходить из того, что денежные средства, поступившие в конкурсную массу не в результате продажи предмета залога, потребуются для удовлетворения требований банка», – посчитал Суд.

Он указал, что, разрешая вопрос о том, следует ли направлять такие денежные средства до или после реализации предмета залога, необходимо учитывать, что исчисление доли залогового кредитора от всех его требований (до продажи заложенного имущества) являлось бы неправильным. В таком случае в подсчете при вычислении пропорции участвовали бы те требования, которые впоследствии погашены за счет предмета залога. Поэтому, отметил ВС, в подобной ситуации оправданным является направление денежных средств, не связанных с реализацией предмета залога, на удовлетворение требований залогового кредитора после продажи заложенного имущества и распределения выручки по правилам ст. 138 Закона о банкротстве. От оставшихся непогашенными требований залогового кредитора подлежит расчету пропорция при распределении выручки от продажи незаложенного имущества. При этом до момента продажи предмета залога средства, поступившие в конкурсную массу не в связи с реализацией заложенного имущества, подлежат резервированию применительно к правилам п. 6 ст. 142 Закона о банкротстве.

Таким образом, погасив после поступления в массу средств, не связанных с продажей предмета залога, требования кредиторов третьей очереди, за исключением банка, арбитражный управляющий фактически нарушил закрепленные в п. 2 и 3 ст. 142 Закона о банкротстве принципы очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов, что указывает на правомерность предъявленной жалобы, указал Суд.

В итоге Верховный Суд отменил решения нижестоящих инстанция и признал действия (бездействие) конкурсного управляющего незаконными.

В комментарии «АГ» адвокат АК «Аснис и партнеры» Кира Корума указала, что еще в 2014 г. Высший Арбитражный Суд РФ в Определении от 14 июля 2014 г. № ВАС-9116/14 изложил правовую позицию, согласно которой требование кредитора, обеспеченное залогом имущества должника, может быть удовлетворено за счет средств, полученных как от продажи заложенного имущества, так и другого имущества должника и в том случае, когда реализация такого имущества производится до реализации предмета залога.

Эксперт отметила, что ситуации, когда имущество должника, не являющееся предметом залога, реализуется ранее залогового имущества, нередки, в связи с чем на практике возникают вопросы и споры между кредиторами по поводу распределения денежных средств от реализации. Адвокат указала, что кредиторы третьей очереди пытаются получить максимальное удовлетворение своих требований, в связи с чем могут противостоять залоговым кредиторам, полагая, что интересы последних и так защищены.

«Иногда это удается, и конкурсный управляющий занимает аналогичную позицию, которая поддерживается судами, – отметила Кира Корума. – Согласно этой позиции требования залогового кредитора изначально подлежат удовлетворению только за счет средств, вырученных от продажи заложенного имущества, и лишь в случае их недостаточности удовлетворяются в общем порядке. До утраты кредитором статуса залогового он не может претендовать на погашение своих требований за счет денежных средств, полученных от реализации незалогового имущества». Однако, добавила адвокат, данную позицию нельзя назвать правильной.

Согласно определению ВС, пояснила она, у залоговых кредиторов есть возможность получить удовлетворение непогашенных требований при распределении между кредиторами третьей очереди средств от продажи незаложенного имущества. Так, должна быть установлена пропорциональность. Кроме того, до продажи предмета залога средства, поступившие в конкурсную массу не в связи с реализацией заложенного имущества, должны быть зарезервированы по правилам п. 6 ст. 142 Закона о банкротстве, а сами средства могут быть распределены после реализации предмета залога.

Юрист, советник ООО «Рыбалкин, Горцунян и Партнеры» Александр Лазарев отметил, что предлагаемый ВС подход представляется разумным инструментом баланса интересов залоговых и необеспеченных кредиторов. Эксперт указал, что правовую позицию Суда можно считать развитием подхода, высказанного ВАС в Определении № ВАС-9116/14 и допускавшего распределение выручки между кредиторами еще до реализации заложенного имущества. «Новый подход выглядит эффективнее, так как препятствует превышению доли выручки уже в пользу залогового кредитора», – подчеркнул он.

При этом, указал Александр Лазарев, несмотря на наличие позиции ВАС, нижестоящие суды по-прежнему допускают распределение выручки без резервирования средств для погашения требований залогового кредитора, хотя само по себе наличие залога гарантий их удовлетворения не предоставляет.

Юрист отметил, что поскольку единая практика на основе определения ВАС так и не сформировалась, вероятно, определение ВС в отсутствие разъяснений на уровне Президиума Суда тоже самостоятельно ее не сформирует.

Руководитель практики банкротства АБ «Плешаков, Ушкалов и партнеры» Анна Маджар отметила, что фактически ВС разъяснил механизм распределения денежных средств, поступающих в конкурсную массу.

Она указала, что данным документом Верховный Суд продолжил курс на ужесточение ответственности арбитражных управляющих и более пристальный контроль за соблюдением ими положений Закона о банкротстве: «Можно отметить, что указанный курс уже находит подтверждение и в практике нижестоящих судов».

Эксперт добавила, что позиция ВС направлена на защиту залогового кредитора. «На мой взгляд такая позиция является оправданной, поскольку, несмотря на особый статус залогового кредитора в делах о банкротстве по сравнению с иными кредиторами, факт наличия имущества, из которого залоговый кредитор может потенциально удовлетворить свои требования к должнику, еще не означает реальное удовлетворение указанных требований», – резюмировала она.

https://www.advgazeta.ru/rss.php

Spread the love

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *