20.09.2021

Вопросы квалификации преступлений, связанных с отмыванием денег

5 мая в рамках вебинара ФПА РФ по повышению квалификации адвокатов лекцию на тему «Легализация (отмывание) преступных доходов» прочитала заведующая кафедрой уголовного права, уголовного процесса и криминалистики РУДН, д.ю.н., профессор Людмила Букалерова, сообщает пресс-служба Федеральной палаты адвокатов.

Она детально рассмотрела легализацию доходов как преступление против правосудия и общественной безопасности.

В начале выступления лектор отметила, что легализация доходов занимает особое место в структуре преступности и является вторичной преступной деятельностью, которая придает практический смысл и зачастую детерминирует первичную преступную деятельность.

Несмотря на незначительное количество привлекаемых ежегодно к уголовной ответственности лиц по ст. 174 и 174.1 УК РФ, преступления эти довольно распространены и имеют высокую латентность, заметила Людмила Букалерова.

Основными документами, регламентирующими противодействие рассматриваемым составам, являются Закон о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 7 июля 2015 г. № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем».

Как рассказала спикер, по оценкам Росфинмониторинга, в России ежегодно легализуется 250–300 млрд руб., при этом правоохранительными органами выявляется порядка 30 млрд руб. легализованных криминальных доходов. Следует учитывать, что в соответствии с официальным определением легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, – это придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления.

Основываясь на примерах судебной практики, Людмила Букалерова подробно остановилась на элементах составов преступлений, предусматривающих ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем, и легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления.

В теории уголовного права, заметила эксперт, нет однозначной оценки правовой природы легализации преступных доходов, сложилось несколько основных подходов: она рассматривается как преступление против правосудия и как преступление против общественной безопасности. Природа легализации преступных доходов рассматривается двойственно в зависимости от цели совершения преступления: если она заключается в возможности для виновного свободно распоряжаться добытыми криминальными доходами, то данное преступление посягает на отношения правосудия; если же цель отмывания заключается в совершении последующих преступлений, то вред причиняется отношениям общественной безопасности.

Результаты изучения 126 приговоров, вынесенных за четыре года российскими судами по фактам легализации преступных доходов, показали, что наиболее часто источником отмываемых доходов служили: преступления против собственности (54,2%), незаконный оборот наркотиков (21,2%), коррупционные преступления в частной (непубличной) сфере (злоупотребления полномочиями в коммерческой организации) (8,6%), экономические преступления (5,3%). При этом легализация (отмывание) преступных доходов не является самостоятельным преступлением, а лишь направлена на «обслуживание интересов» лица, совершившего предикатное преступление.

При анализе предмета преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК РФ, отдельное внимание спикер уделила Постановлению Пленума ВС от 26 февраля 2019 г. № 1 «О внесении изменений в Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 г. № 32 “О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем”».

ВС РФ указал, что при отмывании денег может использоваться криптовалюта, поэтому предметом легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества преступным путем (ст. 174, 174.1 УК РФ) могут выступать в том числе и денежные средства, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты), приобретенные в результате совершения преступления.

Применительно к вопросу о предмете легализации денег или иного имущества, приобретенных преступным путем, возникает вопрос о возможности уголовной ответственности за легализацию преступных доходов, приобретенных в результате преступлений против интеллектуальной собственности.

Особое внимание Людмила Букалерова обратила на тонкости определения объективной стороны состава преступлений. Она назвала важным, что совершение финансовых операций и других сделок с имуществом, приобретенным преступным путем, исключительно с целью его выведения из оборота не образует состава преступления, предусмотренного ст. 174.1 УК РФ. Таким образом, для констатации наличия в действиях виновного специальной цели легализации необходимо, чтобы результатом совершения финансовых операций и других сделок с имуществом, приобретенным преступным путем, стало введение этого имущества в легальный оборот.

Однако, по словам эксперта, судебная практика неоднозначна: есть приговоры, которыми подсудимые оправданы в отмывании преступных доходов. Суды, несмотря на аналогичные действия подсудимых, не установили наличие цели придания правомерного вида преступным доходам. В частности, в приговоре Верховного Суда Республики Коми от 15 мая 2017 г. по делу № 2-5/2017 указывается: «Совершение преступлений с использованием финансовых институтов с целью конспирации способа получения дохода от участия в преступном сообществе и незаконного сбыта наркотических средств охватывается соответствующими преступлениями. При этом совершение финансовых операций с денежными средствами, полученными преступным путем, в целях личного потребления не образует состава преступления, предусмотренного ст. 174.1 УК РФ».

Лектором рассмотрен достаточно проблемный вопрос о том, необходим ли судебный приговор для признания доходов от предикатного преступления преступными. По этому поводу Генеральный прокурор РФ в Информационном письме от 25 ноября 2004 г. № 12/2-04 указал, что установление «факта получения лицом денежных средств или иного имущества, заведомо добытых преступным путем либо в результате совершения преступления, не означает наличия вступившего в законную силу обвинительного приговора суда, установившего событие основного преступления».

Преступный способ получения лицом денежных средств или иного имущества следует подтверждать совокупностью доказательств, собранных при производстве предварительного следствия, подчеркнула Людмила Букалерова.

Также лектор проанализировала вопрос о цели придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем, как обязательному признаку составов преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК РФ. Эта цель, по ее словам, может быть установлена на основании фактических обстоятельств дела, указывающих на характер совершенных финансовых операций или сделок, а также иных сопряженных с ними действий виновного лица и его соучастников, направленных на сокрытие факта преступного приобретения имущества и обеспечение возможности его свободного оборота.

В завершение выступления Людмила Букалерова сообщила, что наиболее эффективной формой освобождения от уголовной ответственности с целью пресечения предикатного преступления является деятельное раскаяние. Применение данного института позволит выявить и пресечь предикатные преступления на любой стадии.

Статья взята с сайта Адвокатская газета

Spread the love

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *