28.09.2020

О правилах определения подсудности споров из внешнеэкономической поставки

21 января Судебная коллегия по экономическим спорам ВС вынесла Определение № 305-ЭС19-12690 по делу А40-227636/2018, где указала на ошибки нижестоящих судов, которые не стали рассматривать иск российской компании-поставщика к казахстанской организации-покупателю.

Один адвокат обратил внимание на недостатки позиции ВС, отметив, что при определении подсудности споров с участием иностранных граждан и организаций нельзя руководствоваться положениями о частичном исполнении, поскольку при таком подходе в отношении одного и того же спора могут быть компетентны суды нескольких государств. Другой адвокат подход Суда поддержал, отметив, что тот скорее исправил досадную ошибку нижестоящих инстанций, чем дал новое толкование норм АПК.

В 2017 г. между ООО «Фаворита» и зарегистрированным в Казахстане товариществом с ограниченной ответственностью MINION QAZAQSTAN были заключены пять договоров поставки, в соответствии с которыми российская организация поставляла казахстанской товары. В сентябре 2018 г. «Фаворита» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с требованием о взыскании со своего зарубежного контрагента задолженности, неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Прежде чем разрешать вытекающий из внешнеэкономической сделки спор по существу, первой инстанции нужно было установить, вправе ли она рассматривать данное дело. Истец мотивировал свое обращение в российский суд тем, что местом исполнения договоров являлся г. Москва. Первая инстанция отметила, что в тексте контрактов отсутствует упоминание о согласованной сторонами подсудности. Стороны не указали дословно, что местом исполнения договоров является Москва, напротив, заметил суд, согласно контрактам конечной точкой поставки товара является г. Астана.

С учетом этого фразу о том, что пунктом передачи товара покупателю является Москва, невозможно расценить как указание этого города в качестве места исполнения соглашений, посчитал суд. Слова «место исполнения» в контрактах отсутствуют, подчеркнула первая инстанция. Соответственно, невозможно сделать вывод о том, что местом исполнения спорных договоров является Москва, резюмировала она. Сославшись на ст. 35 АПК, первая инстанция прекратила производство по делу, поскольку иск, по ее мнению, следовало подавать по месту нахождения ответчика, а значит, дело не подсудно российскому арбитражному суду.

Девятый арбитражный апелляционный суд согласился с позицией нижестоящей инстанции. По его мнению, в договорах не было ни указания на конкретное место их исполнения, ни условия о рассмотрении соответствующих споров непосредственно в Арбитражном суде г. Москвы. АС Московского округа не нашел оснований для отмены актов первой инстанции и апелляции.

Однако Верховный Суд посчитал, что суды неверно применили нормы Арбитражного процессуального кодекса.

Судебная коллегия по экономическим спорам отметила, что в соответствии с п. 1 Постановления Пленума ВС от 27 июня 2017 г. № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом», по общему правилу, такие дела рассматриваются по правилам АПК с учетом установленных этим кодексом особенностей для споров этой категории, если иное не предусмотрено международным договором.

ВС напомнил, что компетенция судов государств – участников СНГ по рассмотрению споров, вытекающих из договорных и иных гражданско-правовых отношений между хозяйствующими субъектами, определена в ст. 4 Киевского соглашения от 20 марта 1992 г., участниками которого также являются Россия и Казахстан. При этом п. «в» ч. 1 ст. 4 указанного международного договора предусматривает возможность разрешения дела в компетентном суде государства – участника СНГ, если на территории этого государства исполнено или должно быть полностью или частично исполнено обязательство из контракта, являющегося предметом спора.

Кроме того, добавил ВС, аналогичное правило содержится в п. 3 ч. 1 ст. 247 АПК, согласно которому российские арбитражные суды рассматривают экономические споры с участием иностранных и международных организаций, а также осуществляющих экономическую деятельность иностранных граждан и лиц без гражданства, если спор возник из договора, по которому исполнение должно иметь место или имело место на территории РФ. То есть возможность рассмотрения спора в суде соответствующего государства – участника СНГ поставлена в зависимость от места исполнения обязательства по внешнеэкономической сделке, заключила судебная коллегия.

ВС отметил, что спорные договоры поставки были заключены на условиях FCA (Франко перевозчик) Международных правил толкования торговых терминов «Инкотермс 2010», что означает осуществление передачи товара продавцом перевозчику или иному указанному покупателем лицу в своих помещениях или в ином обусловленном месте. В соглашениях стороны указали Москву в качестве пункта передачи товара ответчику. При этом местом исполнения денежного обязательства покупателя также является Москва, поскольку именно там находится банк продавца. Таким образом, обязательства из спорных договоров поставки подлежали исполнению на территории РФ, а АС г. Москвы правомочен рассматривать данный спор, заключил ВС.

Суд отметил, что российский поставщик в исковом заявлении ссылался на положения Киевского соглашения и на факт исполнения договорных обязательств в Москве в качестве основания для обращения в соответствующий арбитражный суд. Указание судов на ст. 35 АПК является необоснованным, поскольку в данном случае необходимо применять специальные нормы о производстве по делам с участием иностранных лиц, подчеркнул Верховный Суд.

На этом основании Коллегия по экономическим спорам отменила акты трех нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение в АС г. Москвы.

Адвокат МКА «ЮрСовет» Василий Котлов сообщил «АГ», что определение имеет важное значение для практики разрешения споров с участием иностранных лиц.

В то же время эксперт полагает, что ВС не совсем точно истолковал п. «в» ст. 4 Киевского соглашения, который, по словам адвоката, говорит не о месте исполнения всего договора, а о месте исполнения только лишь спорного обязательства. «При этом формулировка данного пункта представляется не вполне удачной, так как любое обязательство, возникшее между двумя контрагентами, находящимися в разных государствах, будет иметь частичное исполнение в разных странах», – заметил Василий Котлов.

Адвокат подчеркнул, что при определении подсудности суд не должен руководствоваться положениями о частичном исполнении, поскольку при таком подходе один и тот же спор правомочны рассматривать суды разных государств, на территории которых производилось частичное исполнение.

Адвокат АП Ленинградской области Евгений Тарасов полагает, что это дело хотя и рядовое, но показательное, в первую очередь потому, что демонстрирует сложности восприятия судами норм международного частного права. «На мой взгляд, с учетом конкретных обстоятельств подход ВС абсолютно верен. При этом Суд скорее исправил досадную ошибку нижестоящих инстанций, чем дал особое (новое) толкование. Конечно, определение будет использоваться в практике как пример правильного и поддерживаемого высшим судом подхода», – отметил адвокат.

В то же время во избежание нежелательного толкования сторонам договора следует указывать в нем компетентный суд и применимое право, тем самым создавая для себя предсказуемые правовые условия, добавил Евгений Тарасов.

Статья взята с сайта Адвокатская газета

Spread the love

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *